Парламент принял 21 июля ряд законопроектов, которые должны привести в соответствие Закон об особом правовом статусе Гагаузии с национальным законодательством. Однако проекты в первой и финальной редакции существенно отличаются. Инициативы, разработанные Народным собранием Гагаузии (НСГ), крайне обеспокоили представителей гражданского общества и политического класса, которые усмотрели в содержании проектов риск встать на путь федерализации. Об этом председатель Европейской народной группы в парламенте Валерий Гилецкий рассказал в интервью редакции Deschide.MD.

Deschide.MD: Господин председатель, два из трех проектов были приняты во втором чтении. Дебаты по третьему законопроекту были отложены на следующую сессию. Что, по сути, предполагает этот пакет законов о Гагаузии?

Валерий Гилецкий: История этих трех проектов связана с решением привести Закон об особом правовом статусе Гагаузии в соответствие с национальным законодательством. Законопроекты были разработаны специальной рабочей группой, созданной в парламенте. При рассмотрении проектов в парламенте, мы обнаружили ряд вещей, с которыми не согласны.

Среди прочего, законопроекты предполагают предоставление Гагаузии «особого правового уровня», в то время как у нас есть местные власти первого и второго уровня. Мы посчитали, что это неприемлемо и вернулись к терминологии, которая используется в законодательстве, и все равно включили «особый правовой статус». Мы это сделали потому, что особый правовой уровень, с нашей точки зрения, приоткрывает дверь к федерализации. В нашем законодательстве нет понятия «особый правовой уровень», поэтому мы настаивали на сохранении определения «особый правовой статус».

Deschide.MD: В последние дни мы заметили, что в публичном пространстве существует информация об определенных изменениях, которые якобы позволят населенным пунктам, которые не входят в автономию, вступать в состав Гагаузии.

Валерий Гилецкий: Включение/исключение населенных пунктов — прерогатива центральных властей, парламента РМ, но никак не Народного собрания Гагаузии. Мы и здесь увидели риски. Мы могли предположить, что гагаузские власти попытаются убедить другие населенные пункты присоединиться к их автономии. Этот пункт был исключен из законопроекта.

Deschide.MD: Европейская народная группа тоже предлагала поправки к проектам?

Валерий Гилецкий: По нашей инициативе была введена модель организации и функционирования власти автономии. Мы предложили, чтобы они работали на базе Конституции, Закона об особом правовом статусе Гагаузии и других нормативных актов. Власти Гагаузии не могут работать в вакууме, они не могут утверждать решения, которые противоречат действующему законодательству. Несмотря на то, что у них есть специальный закон, это не означает, что они могут утверждать нормативные решение, которые будут противоречить национальному законодательству.

Мы настаивали на том, чтобы этим законы были приняты во втором чтении, потому что боялись, что гагаузские депутаты и все, кто не согласен с формулировками, которые мы включили, вновь внесут свои поправки. Я считаю, что эти формулировки помогли нам сохранить необходимый баланс.

У нас есть автономия, которая регулирует свою деятельность через специальный закон. У неё есть особый правовой статус, но не уровень. Все, что решается в автономии, должно быть в полной гармонии с национальным законодательством.

Deschide.MD: Что касается последнего проекта №318, принятого только в первом чтении, мы заметили, что он включает в себя ряд положений, которые расширяют полномочия НСГ. Это правда?

Валерий Гилецкий: Мы приняли его только в первом чтении, потому что не набралось нужное число голосов. Речь идет об особом законе, который принимается минимум 61 голосом. Этот закон предусматривает предварительную консультацию с НСГ по проектам, в которых речь идет об изменении особого статуса автономии. Но мы и здесь настаивали на том, чтобы не появилось понятие «положительное заключение». Может так случиться, что их мнение будет негативным, но мы считаем правильным получить заключение Народного собрания, если парламент вознамерится изменить закон об особом правовом статусе Гагаузии.

Они хотели получить право вето, тогда парламент не смог бы утверждать определенные поправки, если бы Гагаузия была против. Мы сказали, что будет правильно консультироваться с ними, но это необязательно означает, что мы учтем их мнение, если оно будет необоснованно. Мы и от правительства или Наццентра по борьбе с коррупцией порой получаем негативные заключения по законопроектам, но если парламент считает изменения обоснованными, он их принимает. Если есть элементы, которые следует учесть — учтем, но мы не связаны этой поправкой и не предоставляем право вето.

Deschide.MD: Стоит понимать, что изменения, утвержденные парламентом, не представляют опасности для конституционного порядка Молдовы?

Валерий Гилецкий: Мы отталкивались от того варианта, который не позволит Народному собранию превратиться в расширенную автономию, которая не считается с национальным законодательством и может открыть дверь для федерализации Молдовы. Мы утвердили ряд очень сбалансированных поправок, которые не представляют никакой опасности.